Достоевский подтирает задницу всем и каждому, потому что справедливость должна быть. И потому что он добрый.

Бальзак иногда подтирает задницу, а иногда нет. Какая разница? Все равно придется делать это снова и снова. Задница вечна.

Робеспьер на толчке изучает структуру туалетной бумаги и иногда так увлекается, что забывает подтереться.
Гамлет использует целый рулон прекрасной ароматной бумаги для подтирки своей замечательной задницы. Если кто-то случайно увидит, как Гамлет подтирает задницу, Гамлет тут же кончает с собой, оставив на бумаге предсмертную записку.

Гексли на толчке складывает из бумаги самолетики, поэтому задницу ему подтирает Габен.

Штирлиц подтирает задницу с чувством, с толком, с расстановкой. Штирлиц всегда расскажет и покажет, как правильно подтирать задницу.

Жуков отдирает кусок газеты и подтирает задницу решительным брутальным движением. Бумагу бросает на пол, сплевывает, открывает дверь пинком и уходит.

Дон Кихоту скучно просто так взять и подтереть задницу. Дон Кихот использует для этого самые разнообразные и невообразимые вещи. Гаргантюа был несомненно Доном.

Дюма подтирает задницу с любовью. Дюма обязательно делится с окружающими теми незабываемыми ощущениями, что сопутствуют подтиранию задницы. Ибо что естественно, то не безобразно.

Гюго не может подтирать задницу в одиночестве. Для этого ему необходима добрая компания верных друзей. С ними Гюго устраивает весёлые конкурсы вроде “кто быстрее подотрёт задницу” и всегда выигрывает.

Есенин, подтирая задницу, часто очень задумывается и непроизвольно начинает сочинять стихи, которыми потом исписывает рулоны туалетной бумаги. Это могут быть и оды, и эпиграммы – зависит от настроения Еся. К сожалению, подтереться собственными стихами ему в голову обычно не приходит.

Драйзер подтирает задницу, так, чтобы все поняли, что он – честный добропорядочный человек. Усомнившимся Драйзер подтирает задницу наждачкой.

Наполеон не подтирает задницу. Не царское это дело. Вокруг Напа и так всегда толпы желающих подтереть ему задницу.

Габен спокойно и неторопливо подтирает задницу себе, потом дуалу. Никто так не подтирает задницу, как Габен: толково, тщательно, без суеты. Габен всегда знает, какую бумагу лучше всего использовать для этого ответственного дела. Потому что он – Мастер.